01/04/2019

Это была не семья, а курс по выживанию: убьет он меня сегодня или не убьет

Как семья превращается в ад

Мы познакомились с мужем в деревне. Спустя семь лет наша семейная жизнь превратилась в настоящий ад. Я обратилась в фонд «Мир в каждый дом», потому что мне нужна была поддержка в моей тяжелой семейной ситуации. Муж постоянно давил на меня, издевался. Он мог прийти домой, начать швырять вещи, ругаться матом на меня и детей, или заставлять детей повторять матерные слова обо мне. Он мог ударять  меня при детях, не раз до крови меня избивал. Дети это видели, прятались под стол. Он стал неуправляемым, такое ощущение, что в какой-то момент у него «сорвало крышу».

Три года ужаса

Он стал совершенно неадекватным, даже не слушал ничего. А когда он был в гневе, он был очень страшен: он мог бить посуду, вещи, не мог себя контролировать, меня охватывал ужас:  сидеть в сторожке и понимать, что он может тебя убить. Очень страшно было за детей. А злиться он мог по всякой ерунде. Никто даже не понимал, почему он злился. В последнее время начал пить, звать друзей с непонятными девушками к нам в баню. Я в последние три года  даже не мыла там детей, потому что боялась заразить чем-нибудь.

Какое-то время он не пил, в последнее время опять начал. Хоть из дома беги, а куда беги – только поле вокруг. Некому защитить, негде спрятаться. Я уходила с детьми много раз. К сестрам, к маме, он просто приезжал, за шкирку сажал меня в машину и приволакивал домой.

Когда он бушевал, я сидела в детской комнате, ждала, пока он заснет. Все время —  страх.

Я оказалась под опекой фонда «Мир в каждый дом» и любимого человека

Я ушла, когда в моей жизни появился мой будущий муж. Он стал моей опорой. Он мне помог и морально, и физически, и деньгами, был рядом со мной. Хотя решение уходить я приняла давно. Но у меня не было денег, ни работы, на мне было двое малолетних детей. А когда мой будущий муж, Шайдулла, появился в моей жизни, я смогла снять квартиру, и через фонд «Мир в каждый дом» я узнала про организацию «Женский Деловой центр», который подбирает вакансии женщинам. Я узнала, что есть кризисные центры, где можно получить помощь и юридическую, и психологическую, и то, что там можно пожить какое-то время. Я сразу же съехала от бывшего мужа, которого даже не хочу называть по имени. Мы выслали ему совместную фотографию, чтобы он понял, что я не одна. Он сразу прекратил меня преследовать, но начал распускать слухи, что я занимаюсь проституцией, что пью, запретил забирать документы детей из садика, пока суд не решит дело об опеке.

Сейчас я очень довольна. Отношение ко мне и детям — земля и небо. То, что было, я даже не могу назвать семьей, по сравнению с тем, что было. Там была просто программа по выживанию: убьет он меня сегодня или нет.

Когда рядом любимый человек

Во-первых, Шайдулла  (он — таджик по национальности, не пьет, не курит, работает) прекрасно относится к детям, они виснут у него на шее, когда ему нужно уходить на работу. Когда опека опрашивала девочек, хотели бы они жить с папой, старшая только повторяла, что у него злые глаза, а у Шайду — добрые, и что ее, как папа, не обижает. Да,  через месяц  Лида начала называть его папой. Мы все успокоились. Мы живем полноценной здоровой семьей, мы оба работаем. Мы гуляем вместе, мы отдыхаем вместе, решаем проблемы. С Лидой он занимается, пишет с ней алфавит, она его прекрасно знает. И примеры они решают, и рисуют. Бывший муж, напротив, никогда не подходил к Лидиному столу. А когда у нее что-то не получалось, оскорблял ее, называя ее дурой. С Верой, младшей, Шайду готов играть весь день.

Бывший муж обратился в опеку из-за сильной обиды. Моя знакомая передала, что он говорил, что дети ему не нужны, это просто способ отомстить.

Я хотела бы сказать всем, кто состоит в зависимости, есть выход, есть кризисные центры, есть много неравнодушных людей. Каждый сам решает, прожить жизнь в аду или вырваться из него. Всегда есть дверь, в которую можно выйти.

Алеся Шуберт, Тверская область, Белый городок